Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

Питер

Кот Ольшанского

Говорят, что мертвые собачки и кошечки уходят на «радугу». Я в такую чушь не верю. Я верю в другую чушь.
На рубеже 2007-2008 годов Митя Ольшанский пригласил меня встречать Новый год. Я был в тяжелой депрессии и потому был вял как осенняя муха.
А у Мити жил огромный рыжий кот. И кот пришел ко мне на колени и я его гладил, смотрел в его желтые глаза. И, поскольку дело было после новогодней полуночи, на мгновение заснул.
И приснилось мне, что я вижу Кошку. Это не была кошка в обычном смысле. Нет, это была совокупность всех кошек, которые когда-либо были, есть и будут. В залитом рыжим светом пространстве парили огромные, каждый ростом с человека, кошачьи глаза.
Они были небесно-голубого цвета. В них глупость отдельной взятой кошки сочеталась с непостижимой премудростью всех кошек, которые когда-либо были, есть, будут.
Где-то топили котят. Котята слабо попискивали. Глаза следили, осуждали и соболезновали. Почему-то мне удалось понять то, что чувствовали топимые котята – темноту и тесноту мешка, обманчивую мягкость воды, удушье. Потом три маленьких прозрачных шарика с котячьими глазами летали над водой и недоуменно попискивали.
Но Кошачьи глаза следили не только за ними. Они смотрели на всех кошек всех времён. В глубокую древность, когда ещё не было людей. И в будущие века, когда, оказывается, будут кошки. Смотрели и на меня. Если бы наш диалог можно было бы передать словами, наверное, он звучал бы так:
- Вы по какому вопросу?
- Да, собственно, ни по какому.
- Тогда зачем вы здесь?
- Мне грустно и я глажу рыжего кота.
- Понимаю.
А затем Кошка меня лизнула. Хотя я не видел никакого языка, да и не было языка у висящих в воздухе огромных кошачьих глаз, ощущение было таким, будто бы щеку одновременно лизнул миллион кошек. Было в этом жесте ласковое сочувствие.
И я очнулся.
Кот на коленях был, но депрессии уже не было.
Питер

Тайна Великого Укра

История с донецким парадом пленных укров выявила важное уязвимое место укропсихологии.

В отличие от русских, проявляющих эмпатию к чужой боли и страданию, что является гигантской слабостью и одновременно ключевой сильной стороной моего народа, укры не чувствительны к чужим мукам. Даже гибель других укров не вызывает у них никаких эмоций. Гибель русских и вовсе описывается в терминах сжигания колорадских жуков («колорадов»).

Однако донецкий парад произвел сильное впечатление как на укров, так и на их интернет-подвывал. «С нами такое нельзя», - заныли многочисленные подукровики.

С точки зрения русских, народа гуманного и рационального, в донецком параде нет ничего дурного. Он построен по аналогии с парадом пленных немцев в 1944 году. Пленных укров просто пристыдили. Здоровые сытые мужики прошли по улицам разоренного ими города, жителей которого они совсем недавно убивали, жгли и бомбили. С русской точки зрения, укров немножко пожурили и постыдили с традиционной для нашего народа позиции: «Но вы же люди, как вам не стыдно убивать таких же людей как вы?».

Укры, однако, восприняли ситуацию с точки зрения этологической павианьей иерархии. Павианья иерархия построена по принципу властной пирамиды блатного мира – наверху пахан («альфа»), рядом сявки («беты»), ниже подсявки и т.п.

Пахан легко может распоряжаться жизнями сявок, для него они не значимы. Укро-общество после Майдана, сопровождавшегося ритуальными унижениями оппонентов (постановка на колени, позорные столбы, хамские надписи на лбу, избиения), произвело себя в ранг коллективного павианьего Пахана. Этот коллективный Альфа собран из множества сявок, каковыми и являются рядовые укры.

Жизнь последних, сколько бы их не погибло в Донбассе, не имеет никакого значения, пока укрообщество в целом пребывает в иллюзии своего высокого павианьего статуса.

Иначе говоря, укросоциум («коллективный укр») полагает, что у него Большие Яйца (простите, девушки, но этология – грубая наука). Эти Большие Яйца он с радостным уханьем и прыганьем демонстрирует граду и миру.

Можно убить сколько угодно рядовых укров, можно по-русски апеллировать к разуму и совести («Но вы же люди! Да как вам не стыдно?»). Укры не услышат. Просто потому, что Большие Яйца застят им глаза, а головной мозг у павиана меньше человеческого.

Однако павианы чувствительны к ранговым унижениям. Убили – не убили – дело десятое. А вот тот факт, что у павиана – Маленькие Яйца… О, тут истерика гарантирована.

С точки зрения укров, парад пленных в Донецке – явное указание на мелкость яиц. Горькое символическое унижение, нанесённое укросоциуму в целом. Нет, у укропетуха не самый высокий гребень.

После парада некоторые укролюбы даже обрели на мгновение человеческую речь: «Нэт, с нами такое нэльзя. Нэт… Это… Мы… Ээээ… Ыыы… Эхм! Ыхм!».

То есть под бронированной черепной коробкой павиана родилась первая человеческая мысль: «Мы же эти… ну как их… на двух ногах ещё ходят… попугаи?». У укра есть мысль, и он её теперь думает. Шутки-шутками, начался процесс очеловечивания. Пока, конечно, нестойкий и обратимый.

А для России и ополченцев урок прост. Не надо убивать укров. «Коллективному укру» из-за Больших Яиц не видна гора трупов русских и украинцев. Не видны слёзы матерей и разрушенные города.

Нужно разработать программу символического унижения укров. Может быть, подключить профессионалов, вроде «Пусси риот» или Макаревича. Например, «Пусси» могли бы «по*баться» за президента-Порошенко. А Макаревич мог бы обратиться к Порошенко с открытым письмом и обратить его внимание на свой «беленький».

И, само собой, программу постановки укроподвывал к позорным столбам следует продолжить. Вы скажете, это грубо и жестоко, не по-человечески. Это значит, что вы мыслите узко. Один позорный столб даёт больший эффект, чем гибель 1000 укров. Символическое унижение павиана приводит к сбережению жизни павиана.

Большие Яйца – центр современной укроидентичности. Несложное снижение этологического статуса способно сделать больше, чем танковые колонны. А в случае стойкой ремиссии (почти фантастика) можно будет снова вести речь не об «украх», а об украинцах.

Кайл с честным взглядом;)

Стих про кота;)))

Кот топочет, хохоча
Громко лапами бренча
С ног сбивает депутата Николая Ильича.
Николай Ильич, рыча
За котом бежит, крича
Что добьется он закона
Чтобы кот лежал молчА.
Кайл с честным взглядом;)

Питерское

Питерские крокодилы должны есть только калоши. А на галошу порядочный крокодил и не взглянет.
Кайл с честным взглядом;)

Лев Нарнии

Часто слышу утверждение, что лев Аслан из Нарнии, дескать, подражание Христу. Но почему то забывается, что лев - британское геральдическое животное (кто хочет - просто съездите к зданию Английского клуба на Тверской). Тогда Аслан - просто олицетворение британской монархии. И сказка приобретает жестко националистический оттенок.
Кайл с честным взглядом;)

Амортизация кошки

Кошка должна время от времени проходить амортизацию.
Амортизация выражается в форме поглашивания.
Амортизация оплачивается кошкой в форме мурлыканья.
Хорошо выглаженная кошка готова к использованию и прослужит вам долгие годы!;)))
Кайл с честным взглядом;)

А так же всем, что понадобится впредь

Это я типа, для отдельных остроумных друзей . Что б не выебывались. Классика! Читать! Изучать!

Рифмы (народная сказка)

Шиш по своим делам в город пошел. Дело было летом, жарко.
Впереди едет дядька на лошади. Шиш устал, ему хочется на лошадке подъехать. Он и кричит этому дядьке:
— Здравствуйте, Какой-то-Какойтович!
Дядька не расслышал, как его назвали, только понял, что по имени и отечеству. Он и кричит Шишу:
— Здравствуйте, молодой человек!
А шиш опять:
— Как супруга ваша поживает, как деточки?
Дядька говорит:
— Благодарим вас, хорошо живут. А если вы знакомый, так присаживайтесь на телегу, подвезу вас.
Шишу то и надо, сел рядом с дядькой. А Шиш молча сидеть не может. Он только тогда молчит, когда спит.
Он говорит:
— Дяденька, давайте играть в рифмы.
— Это что такое — рифмы?
— А давайте так говорить, чтоб складно было.
— Давай.
— Вот, дяденька, как твоего папашу звали?
— Моего папашу звали Кузьма.
Шиш говорит:

— Я твоего Кузьму
За бороду возьму!

Дядька говорит:
— Это зачем же ты моего папашу за бороду брать будешь?
Шиш говорит:
— Это, дяденька, для рифмы. Ты скажи, как твоего дедушку звали.
— Моего дедушку звали Иван.
Шиш говорит:

— Твой дедушка Иван
Посадил кошку в карман.
Кошка плачет и рыдает,
Твово дедушку ругает.

Дядька разгорячился:
— Это зачем мой дедушка будет кошку в карман сажать? Ты зачем такие пустяки прибираешь?
— Это, дяденька, для рифмы.
— Я вот тебе скажу рифму; тебя как зовут?
— Меня зовут... Федя.
Дядька говорит:

— Если ты Федя,
То поймай в лесу медведя.
На медведе поезжай,
А с моей лошади слезай!

— Дяденька, я пошутил. Меня зовут не Федя, а Степан.
Дядька говорит:

— Если ты Степан,
Садись на ероплан.
На ероплане и летай,
А с моей лошади слезай!

— Дяденька, это я пошутил. Меня зовут не Степан, а... Силантий.
Дядька говорит:

— Если ты Силантий,
То с моей лошади слезантий!

— Что ты, дяденька, такого и слова нет — «слезантий».
— Хотя и нет, все равно слезай!
Шишу и пришлось слезть с телеги. Так ему и надо. Если тебя добрый человек везет на лошадке, ты сиди молча, а не придумывай всяких пустяков.
Кайл с честным взглядом;)

Настроение больного кота

Все друзья и знакомые стали как минимум министрами. Я же по прежнему замминистра. Надо срочнейшим образом что-то менять.